Все записи автора adminmpra

Рекомендуем к просмотру документальный фильм «КАК ЛЬВЫ»

В июле 2012 года компания Peugeot Citroen официально объявила о намерении сократить восемь тысяч рабочих мест во Франции в рамках плана реструктуризации. Тогда сообщалось, что планируется закрыть завод в Ольне-су-Буа (пригород Парижа, регион Иль-де-Франс), в результате чего без работы должны были остаться три тысячи человек. Работники предприятия не согласились с этими планами, ведь компания все эти годы жила за счёт их труда. Они потребовали сохранить рабочие места и 16 января 2013 начали забастовку.

Лозунгом забастовки стало: «Давайте сражаться как львы». Этот документальный фильм содержит кадры с собраний, митингов и самой забастовки, являсь уникальным свидетельством того, как может бороться рабочий человек, обладающий чувством собственного достоинства.

Субтитры к этому фильму специально для россиян сделали французские коммунисты Lutte Ouvrière. Адаптация субтитров — Рабочая Платформа

Кто поможет рабочему человеку? Рабочий человек!

Дмитрий Петров о том, что профсоюз — не контора по оказанию услуг.

****

Нагой Нагиев в бассейне. На «суше» – служанки и цаца в костюме Мэрилин. Секретарша докладывает: на вашем заводе бастуют…
– Чего хотят?
– Чтобы им платили зарплату.
Хозяин с горечью: «Не перестаю удивляться меркантильности маргинала. Зачем тебе деньги, рабочий? Гуляй! Дыши! Рыбачь! Занимайся любовью! Правительство валежник собирать разрешило. Ягоды. Грибы. Лопай! Наминай за обе щеки! Наслаждайся жизнью…»

Отворачивается. Грустно ныряет. Кажет миру зад.

Это видео бродит в Сети. И не зря.

В нем – отношение «вотчинного класса» к работнику. Тому, кто продает свой труд.

У этого подхода три стороны. Социологическая: одна из причин трудовых конфликтов – хамское отношение нанимателя к нанятому. Политическая: таков подход правых к отношениям труда и капитала. Хозяйственная: зачем тебе деньги? Иди по грибы.

Впрочем, в развитых странах такое встретишь нечасто. Во Франции упрощают процедуру увольнения? В ФРГ не повышают зарплату? Получите массовые марши и стачки. Не хотите? Давайте обсуждать. Это – норма там, где умеют решать трудовые и иные социальные споры.

Этим занимаются те, кто отстаивает интересы сторон: организованных денег, организованной власти и организованного труда. Его представляют профсоюзы. Что это – на Западе знают хорошо. На Юге и Востоке – все лучше. А в России – хотя здесь у них давняя и славная история – смутно. Уж очень надолго ее прерывали. Так что свои трудовые и гражданские права люди защищают экзотическими способами.

В феврале в Кирове, когда Следственный комитет задержал и увез в наручниках заведующую одной из детских поликлиник, больше тысячи ее коллег из восьми медицинских учреждений в знак протеста и солидарности разом написали заявления об уходе. Ведь в России медикам бастовать нельзя. Врача освободили.

Акции солидарности – важный метод профсоюзной борьбы. Но знали ли это наши медики? Вряд ли. Потому что жаловались в Медицинскую палату.

Отношение россиян к профсоюзам частично проясняют данные нового опроса ВЦИОМ. При нарушении прав туда обращаются только 2% опрошенных. Остальные уходят с работы или просят о помощи начальство.

Как сделали врачи и жители Санкт-Петербурга, требуя от властей не закрывать поликлинику № 44 и не увольнять 30 медиков. В итоге вице-губернатор обещал: не закроем.

То есть, может быть, ситуация меняется? В Анжеро-Судженской городской больнице директор хотела сократить санитарок и медсестер. Но не смогла. Члены профсоюза не подписали согласие на перевод в уборщицы. Приказ отозвали. Администрация вновь объявила о сокращениях. Но работники знают: их нельзя уволить или перевести без их согласия. Только через процедуру сокращения штатов, прописанную в Трудовом кодексе. Она требует не менее 2 месяцев. За это время можно заблокировать незаконные изменения в штатном расписании.

В порту Находка на судне «Tao Ace» Российский профсоюз моряков добился выплаты списанным без зарплаты на берег членам экипажа более 31 тыс. долларов. Профсоюзы рабочих завода «Форд» во Всеволожске столкнулись с угрозой реструктуризации компании в России. Ее причина — убытки. Обсудили проблему. Решили: надо добиться своего участия в принятии всех решений по реструктуризации, поддержки в России и в мире, внимания СМИ. И не дать закрыть завод. «Краеугольный камень – обсуждение судьбы рабочих на всех уровнях, – говорит директор по автопрому мирового профцентра IndustriALL Георг Лейтерт. – Мы им поможем».

Кто-то скажет: эти примеры локальны. Но из них складывается работа растущего движения. Опыт коллективных действий укрепляет в людях веру в себя и коллег.

Но 82% россиян, сообщает ВЦИОМ, говорят, что весомой роли профсоюзы не играют. 71% считает, что в России они нужны. И 52% полагает, что могут быть успешны.

«Но из этих цифр не ясно: что они понимают под словом «профсоюз», – говорит Павел Кудюкин – сопредседатель входящего в Конфедерацию труда России союза «Университетская солидарность». – Что означает указанная ими потребность? Тоску о советских профсоюзах – социальных отделах администраций? Мечту о «Чипе и Дейле», спасающих работника, не умеющего защитить себя? Или желание защищать свои права?

Вряд ли россияне увидят в профсоюзах силу, пока не поймут на опыте: это – не контора по оказанию услуг (билеты ли это на детскую елку или переговоры с хозяевами). Это коллектив работников, отстаивающих свои интересы. И без формулы «учиться, пропагандировать, организовывать» тут не обойтись».

Это и делали создатели первых союзов в России и в других странах. Но потом в СССР они стали придатком власти. А вне его – добились немалых успехов. Тогда мир потрясли неслыханные забастовки. А их организаторы создали союзы невиданной мощи.

К концу 30-х в Штатах они насчитывали 10 млн человек. В Испании – около 3 млн. Во Франции – более 5 млн. В последующие десятилетия они добились улучшения жизни и условий труда работников. При ООН создали Международную организацию труда (МОТ) – глобальную площадку коммуникации между властями, работодателями и профсоюзами.

Они добились признания. И это понятно. Ведь их задача – не только благополучие их членов. «Это организации, созданные для себя самими работниками, – говорит председатель Конфедерации труда России Борис Кравченко. – На производстве, на селе, на транспорте, в сфере услуг, в обрабатывающей и добывающей промышленности, образовании, медицине – везде, где люди работают по найму. Это их инструмент. Грамотно его используя, они добиваются своего и отстаивают свое достоинство».

Так удалось изменить жизнь рабочих Запада в 50-60-х годах ХХ века. Дома, машины, телевизоры, холодильники, охрана труда, страхование, ссуды и прочие недоступные прежде блага, за которые, как писали в СССР, «капитал купил рабочих» – итог долгой борьбы. Как и доступный их детям инструмент развития – качественное образование. Оно позволяет одолеть разрыв между народом и элитами.

«Профсоюзы, – продолжает Кравченко, – это народные организации. Они не зависят от властей и работодателей – живут на взносы. Но главное – энергия их членов».

Как сказал одному из российских профсоюзных лидеров рабочий завода «Форд» в США: «Я получаю пять тысяч долларов в месяц. Этого и всего остального добились
мой отец, брат и я сам. Но если мы ослабим хватку – все».

Это не шутка. В 2018 суд Санкт-Петербурга запретил Межрегиональный профсоюз «Рабочая ассоциация» (МПРА). Он проводил забастовки, добиваясь заметного роста зарплат 6 тыс. своих членов – рабочих заводов «Фольксваген» и «Форд». А обвинили его в участии в политике и получении денег из-за рубежа. Вопрос был рассмотрен в Верховном суде, и тот отменил решение нижестоящей инстанции. Это и есть солидарность.

Но — увы: сегодня россияне часто остаются один на один с ростом цен, нарушением прав, падением доходов, бедностью. Этого им никто не обещал.

А долго и много говорили: санкции – чушь, все наладится. Но кризис уже не прикрыть ток-шоу. Министры не знают, как выполнять указы 2012. Опрос РИА «Новости» показал: больше чем в половине регионов зарплата трети работников образования ниже 15 тыс рублей в месяц.

А время идет. И, похоже, речи о «социальном контракте» власти и граждан – ни о чем. Где он – контракт? От партий и движений никто и ничего хорошего не ждет. Чиновники и депутаты вспоминают, что государство никому ничего не должно. И можно одним – «жить на макарошках». А другим – посылать народ по грибы.

А что это значит? Значит, что роль профсоюзов становится не просто актуальной. А ключевой. А ситуация для проектов их развития – очень удачной.

Источник: gazeta.ru

Рабочая солидарность: как она работает в России?

“Солидарность – единство убеждений и действий, взаимопомощь и поддержка членов социальной группы, основывающиеся на общности интересов и необходимости достижения общих групповых целей; совместная ответственность” Толковый словарь Ожегова

Почему работники не верят в солидарность, в какой ситуации она может работать,и при каких условиях работники сообща начинают отстаивать свой интерес?

В современной России люди не знают, что такое солидарность и рабочие профсоюзы. Именно поэтому в большинстве случаев трудовые конфликты заканчиваются потерей работы.

Рано или поздно на каждом российском предприятии появляется человек, которому «больше всех надо», который чувствует несправедливое отношение руководства и не желает с ним мириться. Он может обладать авторитетом, но не знает, как решить проблему коллектива и предпринимает самые недальновидные действия. Например, подаёт жалобу руководителю или в государственные органы от имени коллектива, но коллектив пасует перед собственником, переминаясь с ноги на ногу. Как только начальство спросит “ну, кто тут ещё не доволен жизнью?» — большинство будет отмалчиваться. А «активист», так и не поняв, почему же все спасовали, останется один.

Что сделано не так и почему в этом случае солидарность не работает?

1. «Штирлиц раскрыт раньше времени»

Когда все знают что работник нелоялен, на него обращается пристальное внимание начальства. Следовательно, ему становится сложнее свободно общаться с другими трудящимися. В худшем случае начальство вызывает на беседы работников и начинает им угрожать.

К этой ситуации работник не подготовлен и потому теряется. Его спрашивают: «Хочешь ли ты здесь работать? Нужна ли тебе премия, как и в прошлом месяце?» Работник остается один на один с боссом и не готов сопротивляться.

2. Использование неэффективных методов борьбы

«Активист» часто использует неработающие тактики или применяет их несвоевременно. Он думает, что для победы достаточно написать заявление в трудовую инспекцию или судебные органы. Например, работник требует соблюдения процедуры СОУТ на предприятии. С таким вроде бы законным требованием он обращается в трудовую инспекцию. Начинается затяжная процедура, в которой начальству довольно просто переиграть работника. С трудовой инспекцией руководство предприятия может договориться «по-человечески». Может даже заплатить штраф, так как он чаще всего небольшой. Так или иначе, работник не имеет контроля над принятием решений в этих органах и не приобретает влияние в результате «тяжбы». Но «работодатель» за это время вычисляет нелояльного работника, у которого нет поддержки.

Если «активист» действует в одиночку, то рано или поздно его выдавливают с предприятия. Остальные коллеги получают отрицательный опыт. Работники, оставшиеся в стороне, делают вывод, что против системы не попрёшь: «Работодатель – царь и бог. Захочет – уволит. Простым ли смертным идти против его воли?»

Однако, существуют действительно эффективные средства борьбы. Коллективные методы в корне отличны от борьбы одного человека. Задача коллективной борьбы состоит в выстраивании единой организации работников и проявлении солидарности друг по отношению к другу.

Нужно убедить остальных коллег, что у работников есть общие интересы

Конечно, почти любой работник свыкается даже с самыми ужасными условиями работы. Но нормально ли работать в жару без достаточного обеспечения водой? Нормально ли выполнять все указания босса и делать работу, которую ты выполнять не обязан? Нормально ли работать за низкую оплату? На все эти вопросы можно ответить «да». Но собственнику незачем ценить работника, который сам себя не ценит. И именно поэтому ничто не мешает условия труда и оплату сделать ещё ниже. Бездействие делает нашу жизнь только хуже.

Коллективные действия — эффективный способ изменить свою жизнь к лучшему

Работникам важно знать как действовать коллективно. Наше поле борьбы – производство. Только на производстве работники имеют силу и способны переиграть капиталиста.


Большинство работников рассуждают примерно так: «Борьба? Что за бред? Я пришёл сюда работать, а не бастовать». А теперь спросите себя, пришли вы работать или зарабатывать? С чего вы взяли, что бизнесмену на вас не наплевать? Пока коллектив не сплочен и не организован, собственник как царь-барин может понизить расценки. Если ему вздумается, может сделать что угодно. А кто запретит? Кроме того, у рабочих нет задачи бастовать. Иногда, чтобы добиться перемен, нужен «всего-лишь» сплоченный коллектив. И как раз здесь многое зависит от того, можем ли мы со своими коллегами проявить солидарность друг по отношению к другу, действовать заодно, по единому плану?


Так, на одном автомобильном предприятии Петербурга работников заставляли работать на линии с испорченной вытяжкой, из которой валил дым. Стали ли работники молча выполнять приказ? Стали ли ждать конца дня, пока начальство решит проблему? Нет, они просто перестали работать и пошли в медпункт, в результате чего их поставили на другое рабочее место.
Иные проблемы вроде неудобного графика удалось решить с помощью заранее подготовленной акции, участие в которой приняли все работники. Для этого профсоюз организовал кампанию «красная лента». Работники надели красные нарукавные повязки и в таком виде появились на своих рабочих местах. Вроде ничего значительного, но для начальства это четкий сигнал, что проблема есть, и её нужно решать.

И только когда никакие иные средства не работают, трудящиеся прибегают к забастовке. Но все эти виды борьбы возможно безбоязненно организовать только тогда, когда работники объединены и подготовлены.

 


Надо признать, что на данный момент работники крайне редко готовы проявлять солидарность друг по отношению к другу, редко действуют сообща. Вероятно, именно с этим связано то незавидное положение, в котором сегодня находится трудящийся человек в нашей стране. Но без изменения такого положения у нас и у наших близких не будет лучшего будущего.

В начале 2000-х рабочие компании «Форд» в Бразилии помогли коллегам с «Форда» во Всеволожске (пригород Санкт-Петербурга) создать боевой профсоюз. Они проявили солидарность, так как понимали, что против транснациональной корпорации можно действовать только сообща, не делясь на рабочих из разных стран. Когда в 2007-м российские фордовцы организовали самую длительную в новейшей истории России забастовку, им помогли рабочие с немецкого «Форда» в Кёльне. Немцы отказались поставлять двигатели в Россию, пока бастуют их товарищи. В итоге, зарплату удалось повысить на 16–21%.


По примеру «Форда» в России стали создаваться новые профсоюзы, например профсоюз на заводе «Фольксваген» в Калуге. Когда в 2012 году работники другого калужского предприятия устроили успешную забастовку, работники «Фольксваген» помогли бастующим финансово и в подготовке. Это и есть та самая солидарность, с помощью которой положение трудящихся можно и нужно менять к лучшему.


Первого мая рабочие всех стран отмечают День международной солидарности трудящихся. В этот день стоит помнить, что все нормальные условия труда, такие как оплачиваемый отпуск, декрет, больничный, 8 часовой рабочий день, завоеваны в результате борьбы рабочего класса. Все эти результаты были достигнуты благодаря проявлению рабочей солидарности, в том числе и между рабочими из разных стран.

У бизнеса, государства и начальников – свои интересы, а у рабочего класса – свои, отстаивать которые мы можем только сообща. В этом и заключается смысл солидарности.

Gestamp Калуга: создать профсоюз или ждать милости от начальства?

«Gestamp Automocion» – международная испанская корпорация, специализирующаяся на производстве компонентов из листового металла и структурных систем для автомобильной индустрии.

В 2010 году компания открыла завод (совместно с российской корпораций «Северсталь») в Калужской области и стала поставщиком крупнейшего предприятия Калуги – завода «Фольксваген».

Работники «Гестапм-Северсталь-Калуга» (ГСК) уже в третий раз пытаются организовать на предприятии профсоюз, каждый раз сталкиваясь с попытками руководства подавить недовольство в зародыше. В отличие от большинства других работодателей, руководство ГСК старается использовать не прямые репрессии против недовольных, а метод «пряника». Дают небольшую подачку работникам для того, чтобы те отказались от идеи создания профсоюза.

До этого попытки работников создать профсоюз пресекались повышением зарплаты (которая затем долгое время оставалась на одном уровне) и карьерным ростом одного из лидеров профсоюза. В этот раз люди были недовольны тем, что на предприятии долгое время не было существенного повышения зарплаты и отсутствовала полноценная развозка до места работы (завод расположен за городом). Руководство ожидаемо попыталось «купить» недовольных – проведя индексацию зарплаты, введя развозку и расширив ДМС. Как заявил на собрании с цехами директор предприятия: «нам не нужен профсоюз, чтобы договориться».
Об этой ситуации мы решили поговорить с участником событий.

-Довольны ли вы и ваши коллеги своей работой?

-Работа мне нравится. Я понимаю, что и зачем я делаю. Не устраивает большой объем работы — который связан с нехваткой квалифицированных кадров и уровнем з/пы. Волнует несоответствие в загрузке на работе и оплате труда, низкая квалификация персонала, высокая текучка, куча правил и требований, ознакомить и обучить которым не хватает времени. Не работающая система уровней (грейдов). Несоответствие вредности и вида выполняемых работ.

-А устраивает ли вас ваша зарплата и хватает вам ее для нужд?

-Уровень зарплаты для меня сложная тема. Кому-то не хватает на хлеб, а кому-то на нефтяную вышку. Я работаю с 2014 года, начинал простым рабочим. Карьерный рост приносил за собой повышение оклада, но как только повышается зарплата — повышаются и потребности. Однако, я считаю уровень зарплаты недостаточным.

-Как относятся к работе ваши коллеги? Какие есть проблемы?

-Людей многое не устраивает — от качества еды и «запаха» в раздевалке и санузле до жары в летнее время. На предприятии деспотичный индустриальный директор. Только в этом году со сменой директора по персоналу появились просветы для сотрудников. До этого вся власть была сконцентрирована в руках индустриального директора. Он принес жёсткую дисциплину и повысил прибыль путем оптимизации расходов, а пострадали работники, т.к обязанностей стало слишком много.

-Сколько человек работает на предприятии?

-По официальным данным 366 человек. Из них 280 рабочих. Многие заняты поиском работы с аналогичным или более высоким уровнем зарплаты, так как текущая ситуация мало кого устраивает. Я знаю тех, кто работает ради хоть какой-нибудь стабильности, т.к не могли долгое время найти постоянной работы. А также я знаю начальников линий, которые получают неплохую по калужским меркам зарплату и боятся потерять свою работу

-Есть ли на предприятии люди, которые работают через кадровые агентства?

-Да. Их не так много. Суммарно, человек 30, может меньше. Так же есть региональная команда (численность не знаю) которая числится на заводе, но вечно в командировках.

-Хотели бы вы как-нибудь улучшить ситуацию?

-Да, хотели. И попыткой такого улучшения стала попытка организации профсоюза. Опросили сотрудников — да, конечно, профсоюз нужен, давай создадим. Попросил помощи и получил ее от МПРА. Но как только дело дошло до вступления в профсоюз и создания реальной организации, оказалось, что заниматься этим вопросом готов только я и ещё пара человек. Многие из утверждавших о необходимости профсоюза даже вступать не стали. Кого-то запугал работодатель. Кто-то сидит на хорошем окладе и не хочет ничего менять. Кто-то, видя монополию индустриального директора, не верит в перемены. А кому-то и просто все равно — день прошел и славно. Результатом нашей деятельности стала организация «фокус группы». Это собрание работников, с целью обсуждения проблем на предприятии и поиском путей решения. Организатор и единственный официальный представитель работодателя — наш новый НR директор (директор по персоналу).

После попытки организации профсоюза на ГСК, впервые с момента организации завода появилась полноценная доставка сотрудников на работу. До этого нас после первой смены привозили на сквер в центре города и забирали оттуда же. А сейчас стали развозить по городу до районов где живут работники – при. ред.

-Как у вас обстоит дело с созданием профсоюза на данный момент?

-Мы, как можем, пытаемся уговорить своих напарников. Кто-то понимает, но большинство — не особо. Улучшить ситуацию можно путем увеличения активистов и увеличением агитационной информации. Сейчас, в связи со сменой направления деятельности, мне не хватает сил и времени для поиска новых членов профсоюза. Ну и конечно многое зависит от самих работников. Если сейчас начать действовать с малой численностью все сойдёт на нет. Не имея поддержки большинства серьезно влиять на работодателя мы не сможем.

-Что вы можете пожелать другим работникам своей отрасли?

-Осознать, что реальная сила сконцентрирована в руках рабочих. Что вместе можно достичь много. Но для этого нужно быть единым сплоченным коллективом, готовым отстаивать свои права.

Сегодня в России у большинства людей нет опыта участия в настоящих профсоюзах, поэтому они мирятся с ситуацией на своей работе, вместо того, чтобы менять её в своих интересах. Наличие на предприятии профсоюза означает, что у работников появляется инструмент влияния на начальство и последнему придётся с этим считаться. Не получится у начальника теперь вынести выговор своему подчинённому за какую-нибудь ерунду, не получится повысить план и выработку, не проведя положенные замеры и не согласовав их с профсоюзом. Не получится провести оценку вредности на рабочем месте и не учесть вредные факторы (за которые нужно доплачивать). Именно поэтому для таких работодателей как ГСК порой проще немного повысить зарплату и немного улучшить условия труда, но не допустить создания профсоюза. Но мы хотим задать один вопрос. Если у работников нет на предприятии своей организации – что помешает начальству завтра забрать то, что они сегодня «милостиво» дают? Да даже Сам факт того, что сделали нормальную «развозку» только после попытки создать профсоюз, говорит о том, что без профсоюза добиться чего-то существенного не получится.

Мы проводим на работе значительную часть своей жизни и от того, где мы работаем, зависит наше положение в обществе и то, как живут наши семьи. Чтобы сделать это положение достойным, нужно не удовлетворяться подачками, а объединяться и становиться силой. Поэтому мы призываем работников ГСК создать у себя на предприятии собственную организацию, с мнением которой руководство предприятия вынуждено будет считаться.

Источник: Факел

Не нравится — увольняйся?

Каждый работник хоть раз, высказывая своему начальнику претензии по поводу зарплаты или условий труда, слышал в ответ “Тебя здесь никто не держит, не нравится — увольняйся”. Но давайте задумаемся, почему мы должны увольняться, если нам что-то не нравится в своей работе?

Почему мы устроились на этот завод? Чтобы на заработанные деньги оплачивать коммунальные платежи, покупать еду, одежду и лекарства. Без работы сегодня не получится выжить — это знает каждый. И если бы мы устроились не на этот завод, нам пришлось бы идти на другой — с примерно такими же условиями труда. Условия на предприятиях могут отличаться, но в целом работников сегодня за людей не считают в большинстве компаний, везде один ответ: “Тебя здесь никто не держит!”

Но что значит “не держит?” Может быть начальство делает нам одолжение, позволяя у себя работать? На самом деле, они зависят от нас в не меньшей мере, чем мы — от них. Но не от каждого по отдельности, а от всего коллектива. Любое предприятие сегодня работает ради прибыли. И прибыль оно получает, продавая на рынке свою продукцию. А кто производит всю продукцию, обслуживает станки, доставляет комплектующие на производственные линии? Мы, рабочие! При этом наши зарплаты ничтожно малы по сравнению с прибылями компании. Выходит так, что мы отрабатываем свои зарплаты в первые пару часов своей смены. А всё остальное время зарабатываем деньги собственнику, который может в это время отдыхать где-нибудь на юге и даже не думать о работниках предприятия.

То, что любому собственнику нужны рабочие — это факт. Именно труд рабочих создаёт прибыль, которая получается из невыплаченной зарплаты. И если работники, забыв обиды друг на друга, объединятся, они смогут стать силой, с которой начальству придется считаться. Ведь мы тратим на работе значительную часть своей жизни. Мы оставляем здесь свое личное время, силы, здоровье. Поэтому вместо униженной позы просящего, нам нужно требовать — уважения, достойных зарплат и человеческого отношения. Если вы хотите лучше узнать, как можно изменить свое положение на предприятии — пишите нам, мы подскажем с чего начать.

Манифест профсоюза IT

Свершилось! Мы доработали Манифест нашего профсоюза и готовы представить его публике.

Если у вас были вопросы, но вы боялись их задать — приглашаем прочитать Манифест. Если вопросы останутся и после прочтения — добро пожаловать в комментарии или к нам на почту: itunion@protonmail.co

Повторимся, что реинкарнация профсоюза — дело долгое и непростое, так что если у вас есть желание ускорить процесс — мы будем только рады. Пишите нам.

Манифест профсоюза IT

1

Мы, российские работники сферы информационных технологий, объявляем о создании профессионального союза. Цель объединения — коллективная защита наших прав и интересов.

Мы объединяемся, так как знаем: многие проблемы, самые важные и глобальные проблемы, не решаются в одиночку. Можно пожаловаться на нерадивого работодателя, зажавшего положенную зарплату, но без грамотной юридической поддержки, без солидарности коллег и открытой информационной кампании шансы на успех будут близки к нулю. Можно уйти от одного работодателя, но нельзя уйти от порочных практик всей отрасли. Наконец, можно уехать в другую, более благополучную страну, но нужно помнить, что благополучие там — результат коллективной борьбы многих поколений рабочих. Не будет коллектива, не будет борьбы — исчезнет и благополучие.

Корпорации и государства, регуляторы и агрегаторы, биржи фриланса и венчурные фонды — все они работают как единые слаженные организмы, но представляют интересы не сотрудников IT, а противоположной стороны. Чтобы разговаривать с ними на равных, работникам нужно своё, независимое объединение.

2

Говорят, что в IT всё благополучно, и потому работникам не за что бороться. Это не так.

Неоплачиваемые сверхурочные, серые зарплаты в небольших компаниях, привлечение наёмных работников к уголовной ответственности за используемое работодателем нелицензионное ПО, низкие зарплаты преподавателей в IT, нарушения техники безопасности линейщиков и монтажников — всё это реальность, которая подтверждается и нашим опытом, и опросами сотрудников сферы.

Но даже тем, кому повезло работать в “приличной” компании, есть о чём беспокоиться.

3

Профессии, связанные с информационными технологиями, становятся всё более массовыми. А чем больше людей в отрасли, тем больше между ними конкуренция. Чем больше конкуренция, тем меньше зарплаты.

В то же время, корпорации объединяются для защиты своих собственных интересов. В Нижегородской области — одном из самых развитых IT-регионов России — более 70 компаний уже объединились в единый кластер. Среди их целей — “повышение инвестиционной привлекательности региона”. Но повышение инвестиционной привлекательности — это не только создание развитой инфраструктуры, это ещё и удержание зарплат на низком уровне. Ибо капитал перетекает туда, где затраты на рабочую силу ниже.

Конкуренция между работодателями ослабевает, а между работниками — растёт. Ограничение конкуренции между работниками — это именно то, чем занимаются профсоюзы.

4

Работники IT — это не сферические люди в вакууме. Мы — часть экономики страны и всего мира, и она может как помогать нам, так и мешать.

Пакет Яровой, закон об автономном Рунете, повышение пенсионного возраста, монополизация авторского права и чрезмерная его защита — всё это внешние факторы, но они оказывают на нас прямое влияние, определяют степень нашей свободы как профессионалов и как граждан страны.

Поодиночке у нас нет никаких шансов остановить законопроекты, бьющие по нашим интересам. Но если профсоюз объединяет большинство работников отрасли, если он воспитывает в людях солидарность и организованность, то такой профсоюз вместе с другими объединениями способен остановить принятие вредных законов или вынудить власть принять те законы, которые нужны нам.

Всеобщие стачки, миллионные манифестации в Европе — это не просто красивая картинка, это метод борьбы, эффективность которого подтверждается уже не первое столетие.

Пусть в России настоящие, независимые профсоюзы всё ещё малочисленны. Пусть нам ещё далеко до той организованности, которую демонстрируют работники в Европе, США, Латинской Америке, а иногда и Азии. Если мы не начнём сами двигаться в нужном направлении, если не возьмём на себя ответственность быть в авангарде это движения, ситуация продолжит ухудшаться.

5

Борьба за наши интересы — дело интернациональное.

Информационные технологии объединяют людей по всему миру с невиданной доселе лёгкостью. Но этот дар становится также и проклятием. Из-за единого языка коммуникации, из-за объединённой инфраструктуры капитал может быстро перетекать из одного региона в другой, из более богатых стран в более бедные.

Это значит, что недостаточно поднимать уровень зарплат только в одной компании, в одном регионе, в одной стране — чрезмерное повышение создаст риск ухода заказчиков к более сговорчивым исполнителям. Поэтому профсоюз должен укреплять связи с другими профсоюзами, в том числе за рубежом, чтобы выступать единым фронтом.

Мы ставим себе целью такое интернациональное объединение.

6

На постсоветском пространстве значение слова “профсоюз” было изуродовано до неузнаваемости из-за исторических метаморфоз.

В Советском Союзе не было частных корпораций, а потому профсоюзы выполняли чисто декоративную функцию. Но вот Союз рухнул, капитал вернулся, а в СНГ по-прежнему осталась масса профсоюзов, работающих по старой схеме: раздающих путёвки в санатории, подарки детям на Новый Год… По факту, подобные “профсоюзы” становятся ещё одним органом администрации предприятия.

Мы прекрасно знаем об этом, и мы знаем, что подконтрольность профсоюза кому бы то ни было кроме самих работников — это медленная смерть.

Поэтому профсоюз IT будет принимать в свои ряды только работников, не имеющих права нанимать или увольнять сотрудников в своих компаниях.

Но внешняя зависимость — это только половина беды. Вторая половина — это опасность внутреннего перерождения из-за бюрократизации и отрыва верхушки организации от рядовых членов. То чем, страдают многие крупные профсоюзы в развитых странах.

Наша цель — построение боевого профсоюза, не только независимого от государства и работодателей, но и защищённого от бюрократизации. Поэтому для всех членов профсоюза будет проводиться обучение по органайзингу, помогающее сориентироваться в управлении профсоюзом и принимать активное участие в его каждодневной работе. Мы будем стремиться к максимально возможному равноправию.

7

Основные функции нашего профсоюза:

  • Координация совместных действий работников IT для отстаивания их интересов. Планирование и ведение кампаний.
  • Юридическая защита членов профсоюза в случае конфликтов с работодателем.
  • Противостояние необоснованным сокращениям. Борьба за достойные компенсации при сокращениях.
  • Ведение рейтинга работодателей.
  • Лоббирование интересов работников ИТ в органах власти.
  • Обучение практике создания профессиональных союзов и управления ими.
  • Просвещение и агитация.
  • Помощь в повышении квалификации для членов профсоюза.
  • Помощь в поиске работы для уволенных/ищущих работу.
  • Координация усилий совместно с другими российскими и зарубежными профсоюзами.
  • Взаимопомощь. Сбор забастовочного фонда и других фондов помощи.

8

Россия — шестая экономика мира по ВВП по паритету покупательной способности, но по уровню зарплат плетётся далеко не в первых десятках. Бывшая Сверхдержава, некогда находившаяся на острие прогресса, теперь скромно довольствуется ролью поставщика мозгов в развитые страны и интегратора чужого железа в собственную изрядно усохшую экономику.

Одна из главных причин этой диспропорции — слабое рабочее движение. Атомизированные наёмные работники заняты конкуренцией друг с другом, в то время как корпорации вывозят колоссальные прибыли за рубеж. В стране оседает мало произведённого богатства, и тем меньше здесь хочется оставаться талантливым, способным людям.

Поэтому коллективная борьба за повышение зарплат и социального обеспечения — это не сиюминутный эгоистичный процесс. Это гарантия того, что основная масса произведённых ценностей останется в стране и будет работать на её дальнейшее развитие.

Разумеется, дело не только в России или в похожих на неё экономиках типа Украины или Индии. Дело в рыночных механизмах конкуренции, которые, будучи оставленными без присмотра, создают перекосы и расслоения, не имеющие никакого отношения к справедливости.

В наших интересах, в интересах всего международного профсоюзного движения добиться более справедливого и равномерного распределения доходов как внутри стран, так и во всём мире.

Айтишники всех стран, соединяйтесь!

Файл: Манифест профсоюза IT

В преддверии летней жары!

Профсоюзный комитет «Единство» совместно со специалистами Минздрава и соц. развития РФ разработал методику самозащиты работников в соответствии со ст.379 ТК РФ, в случае, когда температура воздуха на рабочих местах превышает предельно допустимые нормы. Этой методикой уже пользуются работники многих промышленных предприятий.

Мы совсем чуть-чуть изменили (адаптировали) текст и приложили все необходимые документы ниже. Помним, друзья, что профсоюз это коллективный мозг и коллективные действия, что и с жарой бороться в одиночку не стоит!

спасибо товарищам из РАБОЧИЕ АВТОВАЗа!

  1. Акт
  2. Уведомление
  3. Ответ Минздравсоцразвития
  4. СанПин
  5. Спасение от жары. Методичка

Рабочие АвтоВАЗа сочли изевательтвом 7% прибавки к зарплате на фоне срезания доплат

18 июня на АВТОВАЗе объявили о грядущей 7% прибавке к зарплате. Между тем подавляющее большинство вазовцев считает: на фоне срезания доплат это, в целом, издевательство. В частности, новость об этом, опубликованная в крупнейшем городском vk-сообществе «ТОЛЬЯТТИ» с подачи Татьяны Чайкун, представляющей официальный профсоюз АСМ, собрала исключительно горькие, едкие или саркастические комментарии.

Вот некоторые из них:

«Одной рукой дадут, другой отберут. Придумают массу способов что-то недоплатить или снять какие то иные доплаты, которые были ранее. 1000 и 1 способ запудрить мозги гражданам».

«Уже! Уронили вредность с 16 до 4%».

«Условия труда снизили до 4%, вредность снимают. Почему профком об этом не пишет???»

«16 отобрали, 7 дали. И на этом спасибо… И еще в заслуги АСМ записали, ха-ха-ха».

«Профмастерство срежут под ноль, что народ дурят? По налогу отчисления не видно что-ли? Я в 2008 больше получал».

«Убрали все коды , отобрали молоко и допотпуска, с кислотами как работали, так и работаем. Зато все в индексацию зарплаты возвели. А она, родная, как топталась на месте, так и топчется».

Вообще, как отмечают в vk-сообществе Рабочие АВТОВАЗа, самая неприятная тенденция в том, что гарантированная часть оплаты труда снижается в пользу премиальной. Другими словами, вместо ситуации «работодатель обязан платить» складывается иная: работодатель может заплатить. Если захочет. А может и не захотеть, сославшись на проблемы. Как отмечают в РА, подобное происходит по всей стране.

Фольксваген. Заключение коллективного договора

Вот и подошла к логическому завершению эпопея с коллективным договором на нашем заводе. Перед тем как описать итог этих переговоров давайте вспомним, с чего мы их начинали и к чему в итоге пришли.

В 2018 году мы начали кампанию для заключения коллективного договора и тарифного соглашения.

Основными пунктами кампании были:
— увеличение зарплаты сотрудников на 20%,
— сохранение оплаты ночных часов (40%),
— сохранение выплат по 7500,
— сохранение выплат за стаж,
— сохранение сокращенной нормы рабочего времени и «флексиконто».

11 февраля три профсоюза с совместной позицией по основным пунктам изменений коллективного договора сели за стол переговоров с работодателем.

С февраля по май шли напряженные переговоры, работодатель не желал уступать для рабочих какие-либо значимые пункты договора и в конце апреля стало ясно – на требуемое увеличение зарплаты идти «мирным» договорным путём завод не собирается. И вместо предложенных в феврале 2.9%, готов поднять зарплату на размер инфляции 4.6%.

19-20 апреля профсоюзы МПРА и АСМ собирают совместный семинар по организации коллективных действий, в случае если работодатель не пойдет на наши условия по зарплате и другим пунктам. На семинаре были выработаны стратегии совместной работы по оказанию давления на работодателя.

8 мая

Как же хотелось поздравить сотрудников завода с победой на переговорах, но, к сожалению, нет. Ни с победой, ни с началом борьбы за более высокую зарплату, поздравить было не суждено. Профсоюзы МНИПРАС И АСМ вдруг решили, что тех сумм и условий, которые мы уже буквально «выбили» с работодателя, будет достаточно, хотя они и не соответствовали нашим требованиям, а самое главное ожиданиям сотрудников. Два профсоюза вышли из ЕПО, тем самым сорвав весь переговорный процесс.

15-29 мая

Профсоюз МПРА начал сбор подписей по выдвижению новых требований работодателю, требований, которые соответствуют ожиданиям сотрудников. За первые сутки мы собрали 800 подписей и уже подумали, что еще пару — тройку дней и мы сможем разговаривать за еще большее повышение для сотрудников, чем уже добились в ходе переговоров.

Но работодатель профсоюз АСМ, МинТруд, и СМИ сделали всё возможное, чтобы дезориентировать сотрудников и создать ощущение того, что борьба закончена. Совместное хождение по СМИ работодателя и АСМ, 20 минутные собрания, собрания бригадиров, запугивание работников – это всё имело свои плоды, и мы – работники завода, не смогли набрать нужного по закону количества подписей.

30 мая

После оглашения результатов голосования профсоюзом МПРА о том, что нет необходимого числа подписей, работодатель вместе с АСМ и МНИПРАС подписывают «Соглашение о повышении социальных гарантий для работников», хотя АСМ не в праве был подписывать такие документы, устанавливать обязанности для работников и от их имени, так как не является законным представителем работников.

Данное соглашение — это те пункты и повышения, которые мы «выбили» 8 мая, еще в составе ЕПО. И к повышению зарплаты по этому соглашению профсоюз АСМ имеет абсолютно такое же отношение, как и МПРА и МНИПРАС. За исключением одного, но самого важного пункта, данное соглашение не является коллективным договором или приложением к нему, поэтому работодатель вправе приостановить его, причем в любое время.

И без закрепления гарантий, содержащихся в этом соглашении в коллективном договоре, все работники предприятия рискуют остаться в подвешенном состоянии.

4 июня

Мы доводим до менеджмента информацию, о том, что хоть мы и не набрали 2500 подписей, которые были необходимы по закону, мы имеем 2020 подписей сотрудников, которые не согласны с их позицией. И что мнение этих сотрудников необходимо учитывать, так как подписи оставляли все работники, независимо от принадлежности к профсоюзу, причем многие члены профсоюза АСМ также оставили подписи, так как не довольны решением их председателя не вести борьбу за повышения их уровня зарплаты и жизни. Параллельно мы выдвигаем предложение профсоюзу АСМ, по созданию ЕПО и началу переговоров по заключению нормального коллективного договора, который содержит равные права работников и работодателя, а не соглашения.

7 июня
АСМ даёт формальную отписку с предложением присоединиться к их соглашению.
МПРА, в свою очередь, не видит смысла присоединяться к формальному соглашению и настаивает на необходимости заключения полноценного коллективного договора.

7-27 июня
Работодатель, понимая, что 2020 сотрудников остаются недовольны ни повышением, ни отсутствием коллективного договора, ведет «переговоры» с представителями МПРА, Производственного Совета концерна Фольксваген, глобального профсоюза IndastriALL, Конфедерации Труда России, обсуждая, в каком виде возможно внести договорённые 8 мая пункты в коллективный договор, чтобы при этом учесть мнение этих сотрудников. Конечно, о повышение зарплаты речь уже не идет, а о дополнительных гарантиях в области охраны труда, аутсорсинга, премии LOV, дополнительных отпусков и других пунктах идёт.

27 июня
Благодаря сотрудникам, которые оставляли свои подписи и профсоюзу МПРА, на нашем заводе был продлён коллективный договор.
В него вошли все пункты, о которых мы «договорились» 8 мая, еще при ЕПО. Он является законным и не может быть отменён в одностороннем порядке, как соглашение, которое подписывал АСМ. Для формализации МПРА присоединился к соглашению, которое было тут же расторгнуто, а новые договорённости, к которым пришли в ходе этой встречи, были отражены в новый коллективный договор.

Таким образом, помимо пунктов соглашения, нам удалось сохранить:
— оплату ночных часов по 40%,
— сокращенную норму рабочего времени и «флексиконто»,
— сохранение выплат за стаж,
— также в КолДоговор вошло соглашение, заключенное МПРА в прошлом году по аутсорсингу,
— и другие пункты коллективного договора, которые не были прописаны в «Положении о повышении социальных гарантий», которое заключили АСМ и МНИПРАС.

Как итог переговоров, можно сказать, что многие пункты основной программы были выполнены, за исключением зарплаты. Да, все мы могли бы добиться большего, но работодатель, используя своих сторонников «обыграл» сотрудников и МПРА в этой партии. Хотим поблагодарить каждого, кто принимал участие в опросе, не оставался равнодушным, в том числе благодаря вам – заключение коллективного договора стало возможным.

Впереди у нас много работы, в том числе над ошибками, размышлений о «непрочных» союзах и вариантов дальнейшего улучшения жизни сотрудников завода, как на рабочих местах, так и за пределами завода.

Будни крановщика в Казани

Работа крановщиков связана с опасным и тяжелым трудом на высоте, часто риском для своего здоровья в любую непогоду. Не составляют редкость аварийные ситуации, вызванные высокой утомляемостью. Все помнят как год назад упал кран на улице Камалеева. Возможно рассказ рядового крановщика о своем типичном рабочем дне поможет понять, почему возникают подобные ситуации.

Привет, дорогой читатель. Меня зовут… а впрочем, не важно, как меня зовут, я казанский крановщик, который прямо сейчас строит дом, в котором ты, возможно, будешь жить в будущем. Сколько бы не было времени сейчас на твоих часах, какой бы ни был день недели, знай — я на работе. И сейчас я тебе немного о ней расскажу, а выводы ты сможешь сделать самостоятельно.

Мой день обычно начинается в 7 часов утра. На час раньше того, когда на объекте появляется прораб и остальные рабочие. Не беда, что сплю на час меньше, но я вынужден каждый день нарушать закон. — Я не имею права залезать на кран, пока не получу наряд-допуск. Это документ, в котором четко прописан план работ крановщика на день, с указанием, на каком участке строительства будут вестись работы, какие, и где будут разгружены материалы. Документ должен быть подписан прорабом — это означает, что пуск крана разрешен, но прораб придет только через час. Но и его приезд ничего не изменит, ведь этого документа в реальности не существует и никто его не подпишет. Получается, что я лезу наверх по своей собственной инициативе и буду лично отвечать за все возможные аварии и неисправности, о которых я расскажу ниже.

Итак, я лезу на кран. Если лестница скользкая от дождя или инея — я всё равно лезу, грубо нарушая технику безопасности, ведь иначе меня лишат части зарплаты. В процессе я осуществляю визуальный осмотр крана, его основных узлов и механизмов. И в основной массе случаев замечаю, что кран собран неправильно. Лестничные пролеты секций должны располагаться друг напротив друга, чтобы, если я соскользну, мне бы пришлось лететь вниз четыре метра, а не несколько этажей. В основном они располагаются как придется. Часто можно встретить сплошные “колодцы” метра на двадцать четыре.

И вот я в кабине. Первое, что я делаю — начинаю проверять все механизмы крана. Кстати, все это я делаю в “свободное время”, без оплаты утреннего часа. При этом стоимость 1 часа моей работы по договору равна 150 рублям, поэтому стандартная смена длится 12-16 часов, ведь иначе моей зарплаты не хватит на содержание семьи. Бывали случаи, когда мои знакомые крановщики работали двое с половиной суток без сна и отдыха — и это не преувеличение, а факт.

Итак, все приготовления закончены и начинается самое интересное — рабочий день.

Начинается он с того что я жду, когда кто-нибудь внизу скажет мне по рации, что я должен делать. Инструкция требует того, чтобы это был специально обученный человек — стропальщик, имеющий документ, подтверждающий его квалификацию. Но стропальщиков на известных мне объектах не существует уже давно. Их место заняли “люди с улицы”, которые не имеют должной квалификации, зато готовы работать за гроши. Зачастую они просто не могут объяснить мне, чего от меня хотят. Я не придираюсь к отсутствию “корочек”, я лишь хочу заострить внимание на том, что для работы с грузом внизу нужна квалификация.

Если груз будет закреплен неправильно — он упадет вниз и может убить людей. Если он окажется неподъёмным для крана, или вообще прикрепленным к земле — упадет кран и могу умереть уже я. Если в зоне подъема находятся люди или дует ветер — вновь вероятность человеческих жертв. Угол обзора из кабины ограничен и стропальщик является моими глазами, но в условиях отсутствия квалифицированных кадров, я практически слеп. Мой вам совет: по возможности держитесь подальше от строящихся объектов — никогда не знаешь, что может оттуда прилететь.

А иногда люди без квалификации работают даже не стропальщиками, а крановщиками. На одном из крупнейших объектов, недалеко от Советской площади, за рычагами сидит работник, патент которого гласит, что он приехал в качестве продавца продовольственных товаров. Наличие у него удостоверения, подтверждающего квалификацию крановщика — очень сомнительно. Мы написали заявление в полицию, чтобы по этому факту была проведена проверка. Участковый полицейский пришел на объект и…. Его не пустили внутрь сотрудники ЧОП-а. Видимо, полиция не обладает достаточными полномочиями, чтобы обеспечить сохранность жизни и здоровья людей.

Итак, я начинаю работу, пытаясь расшифровать указания, поступающие мне по рации каждый раз от новых людей.

Спустя каждые 50 минут работы, согласно инструкции по эксплуатации любого крана, я обязан дать машине 10 минут на то, чтобы остыть. Ведь все лебедки и подъемные механизмы работают в условиях постоянного трения. Наверное, ты уже догадался, что никаких 10 минут руководство мне не дает. В результате перегретые механизмы повышают температуру внутри моей кабины вплоть до 40 градусов. Летом мне даже не нужно ходить в баню — я нахожусь в ней 12-16 часов ежедневно, без выходных. Но это не самое страшное. Механизмы крана, работающие на износ, могут в любой момент отказать. Если я делаю поворот с грузом и внезапно сработает блокировка, из за того, что механизм поворота сгорел, кран немедленно встанет, а груз по инерции продолжит движение. В результате я вместе с краном и грузом полечу вниз. Повезет еще, если упаду на дом и поблизости не будет людей, может тогда даже выживу и никого не убью.

Почему же тогда краны массово не падают уже сейчас? — Очень просто, краны не успевают прийти в негодность за время строительства объекта. Затем их отправляют на осмотр техникам и они их ремонтируют, насколько это возможно. Но это не отменяет общего механического износа машины. Есть вероятность того, что через несколько лет ты, дорогой читатель, будешь наблюдать “эпидемию падения башенных кранов. Это будет неудивительно, учитывая “строгий” контроль Ростехнадзора. По закону кран не имеет права быть запущенным до тех пор, пока в его вахтенном журнале не будет разрешающей подписи инспектора. Но как говорят механики в 80% случаев это предписание удаётся обойти. Это подтверждается практикой — ни у меня, равно как и ни у одного из моих знакомых крановщиков нет не то, что этой подписи, а вахтенного журнала вообще.

По моим прикидкам 8 из 10 подъемов проходят с грубейшими нарушениями. Один раз меня пытались заставить разгрузить бочки с раствором, поставив их на балкон с обратной стороны дома. Техника безопасности строжайше это запрещает, ведь там могут находиться люди, которых груз может убить или покалечить. Я отказался, на что прораб ответил: “Все работают с нарушениями, и ты работай”. И это сказал человек, ответственный за производство работ краном. Я снова в отказ. Но увы тут начали давить каменщики, мол нам не выгодно с тобой работать, потому что техника безопасности отнимает время, а это меньший объем и меньше денег. Низкая оплата труда строителей заставляет их рисковать жизнью и здоровьем.

Строители имеют сдельную оплату, а крановщики — почасовую. Из-за этого постоянно возникают конфликты внутри коллектива и строители не любят крановщиков, требующих соблюдения правил техники безопасности и мешающих им зарабатывать деньги. Кстати да, дорогой читатель, тебе потом предстоит жить в этом доме, который мы вместе со строителями построили в таких условиях. Если ты уже в таком не живешь.

Можно ли что-то с этим сделать, или как-то повлиять на ситуацию? Мне видится только одно решение: поднять крановщикам заработную плату до уровня, при котором мы не будем вынуждены работать сутками без выходных, отменить сдельщину для строителей, предложив вместо нее не менее адекватную зарплату. Неукоснительно соблюдать правила Трудового кодекса РФ, инструкции по охране труда и прекратить найм рабочих без соответствующей квалификации.

Только так можно начать строить объекты, в которые будет не страшно зайти. Вот только в этом случае все упирается в компанию-застройщика, которая максимально экономит на квалификации рабочих, зарплатах строителей и даже безопасности и жизни людей. Захотят ли эти граждане поступиться прибылью ради соблюдения необходимых правил и норм? — От ответа на этот вопрос напрямую зависят жизни не только работников стройки, но и всех, кто живет в построенных домах.